ГЕОГРАФИЯ - GEOGRAFIA

Главная страница Информация по странам.

"ЮЖНАЯ и ЦЕНТРАЛЬНАЯ АМЕРИКА".
Очерки о природе и географии.

АВТОР - ЖАН ДОРСТ. Подготовка публикации - Н.Парменова.

7. СУХИЕ ПЛОСКОГОРЬЯ И ГЛИНИСТЫЕ ПУСТЫНИ

СЕВЕРО-ВОСТОК БРАЗИЛИИ

В тропических районах далеко не повсюду бывает влажно, некоторые участки их чрезвычайно сухие. И нигде эти контрасты не проявляются так ярко, как на северо-востоке Бразилии. Недалеко от большого амазонского тропического дождевого леса расположен район нагорий, в котором сухое тропическое редколесье, так называемая каатинга, перемежается с обширными пространствами пустыни, где растут лишь немногие растения, способные накапливать влагу в толстых стеблях и листьях. Возникновение этих сухих пространств географы относят к далеким временам и приписывают его действию эрозии, которая удалила с плоскогорья верхний слой почвы и оставила лишь гальку и песок — голую изборожденную местность, напоминающую некоторые районы Западной Африки, особенно Судан.

Сухая зона Бразильского плоскогорья, непосредственно примыкающая к береговой равнине, уходит в глубь континента, до верхнего течения реки Сан-Франсиску, охватывая большую часть шести штатов (Пиауи, Сеара, Риу-Гранди-ду-Норти, Параиба, Пернамбуку, Алагоас, Сержипи, Баию и значительную часть Минас-Жераис); площадь этой зоны около 1,5 миллиона квадратных километров. Геологически вся эта местность относится к большому Бразильскому плоскогорью, образованному кристаллическими породами и отделенному от Гвианского нагорья только впадиной, по которой течет Амазонка на своем пути в Атлантический океан. На севере это плоскогорье полого спускается к морю, в штате Сеара оно всего на тридцать метров лежит выше уровня моря. В направлении истоков реки Параиба и высокого плоскогорья Борборема Бразильское плоскогорье повышается на юге примерно до 1000 метров. Над плоскогорьями кое-где возвышаются короткие горные хребты или холмы.

РЕКА САН-ФРАНСИСКУ

Самые большие реки Южной Америки: Амазонка, Ла-Плата (ныне залив) и Сан-Франсиску. Последняя берет начало в южной Бразилии на западе штата Минас-Жераис и течет на север примерно на протяжении 1600 километров, затем поворачивает на восток и впадает в Атлантический океан северо-восточнее порта Аракажу. Ее протяжение около 2800 километров, и она судоходна почти на 1600 километров в верхних участках и почти на 240 километров в нижних. Течение реки прерывается порогами и водопадами Паулу-Афонсу с высотой падения 85 метров. Еще во времена колонизации эта река была главной транспортной артерией, связывающей северо¬восточную и центральную части Бразилии, и значение ее велико до сих пор. Об этом свидетельствует проект постройки плотин, которые будут регулировать водный режим и улучшат возможности использования реки.

ЗАСУШЛИВАЯ СЕВЕРО-ВОСТОЧНАЯ БРАЗИЛИЯ

Северо-восточную часть Бразилии—самый сухой район страны, прозвали за крайнюю бедность «Иовом Севера». Вследствие неустойчивых ветров здесь зачастую совсем нет дождей. Летом дуют пассаты, а зимой северо-западные ветры нейтрализуют действие муссонов. Ветры этого типа не сопровождаются дождями, они только проносятся над территорией, не насыщая ее влагой, пока не встретятся с преградой, образуемой горами. Более или менее существенные осадки выпадают только на узкой полосе побережья к югу от Натала, включая Ресифи и Жуан-Песоа. Этот относительно влажный район был раньше покрыт лесами, а ныне его площадь занята сельскохозяйственными культурами. Северо-западнее Натала эта полоса постепенно сужается. Юго-восточнее Форталеза на песчаных холмах побережья, между устьем Риу-Ассу и мысом Кальканьяр, кроме пальм, растительности уже почти нет.

Чем дальше от берега, тем меньше осадков выпадает в среднем за год, исключением являются только плоскогорья, расположенные вокруг верхнего течения Сан-Франсиску. На самых засушливых участках сухой сезон длится от четырех до семи месяцев, и среднее годовое количество выпадающих там осадков менее 500 миллиметров.

Климат нижнего участка Сан-Франсиску и внутренних районов штатов Пернамбуку, Алагоас и Сержипи менее сухой, смена сезонов не так заметна, и дожди более продолжительны. Только склоны плоскогорья, подверженные действию пас¬сатов, получают большее количество осадков; обильные дожди, выпадающие в Шапада-Диамантина в Минас-Жераисе и на склонах горных хребтов Сеара и Шапада-Дуарарипи, благоприятны для произрастания настоящих лесов с отчасти листопадными, отчасти даже вечнозелеными деревьями, но сейчас леса большей частью уже уступили место сельскохозяйственным культурам. Эти районы — настоящие оазисы в середине каатинги.

Нерегулярное выпадение осадков отрицательно влияет на климат северо-восточной Бразилии. В некоторые годы дождливого сезона там вообще не бывает, и тогда урожай и домашний скот гибнут от засухи. Население бедствует и в поисках работы стремится переселяться в более благоприятные районы.

ВЫНОСЛИВАЯ РАСТИТЕЛЬНОСТЬ

Климатические условия разительно отражаются на растительности, но прежде всего проявляются в контрасте между влажным приморским районом и ярко выраженной засушливой остальной частью страны. В свое время приморский район был покрыт полу листопадными дождевыми лесами, которые прерывались песчаными пространствами со скудной, главным образом кустарниковой растительностью. В глубь материка леса простирались не более чем на 40—50 километров и никогда не заходили за первую горную цепь. Эти леса были почти сведены в промышленных целях, а земля использована под пастбища. Лишь некоторые участки леса сохранялись для нужд португальского военного флота и для частного строительства, а все остальное пространство было отведено под сельскохозяйственные культуры, преимущественно плантации сахарного тростника,— основной статьи дохода этой части Бразилии. Поэтому леса исчезли почти повсюду, особенно сильно был оголен район Баии; та же участь постигла небольшие участки леса на склонах, обводненных лучше других сьерр. В других местах засушливого плоскогорья наиболее распространенный тип растительности— тропическое редколесье, так называемая каатинга (название происходит от индейских слов каа—лес и тинга—белый и вполне соответствует облику этого леса, когда деревья стоят в нем без листьев).

Вообще говоря, каатинга — низкорослая лесная формация, состоящая из растений, приспособившихся к засухам. На самых сухих пространствах растут, смешанные с колючими кустарниками и деревьями, ксерофиты, суккуленты, кактусы, молочайные, бромелиевые и однолетние травы. Каатинга резко отличается от серрадос— отдельных участков леса с высокими деревьями, окруженными покрывающими землю различными колючими растениями. Листья на растениях мелкие и опадают на долгое время. Только такие деревья, как ююба Zizyphus joaseiro, сохраняют листву круглый год. Некоторые из этих деревьев приносят полезные плоды: Anacardium occidentale дает орехи анакардия, широко экспортируемые главным образом в Соединенные Штаты, где они считаются деликатесом и, кроме того, используются для изготовления красок.

Значительная часть каатинги занята густым сухим лесом, называемым бразильцами мато секу. Такой растительностью покрыты преимущественно склоны, подверженные действию пассатов. Лес этот большей частью сведен, но некогда в восточной части Мараньона он был переходной зоной между амазонским лесом и деградирующими кустарниковыми зарослями сухих восточных районов. В результате деятельности человека леса частично сменили рощи пальм бабасу, а то, что осталось от мато секу, состоит из деревьев высотой более шести метров и высоких кустов часто с очень густым кустарниковым подлеском. В других местах каатинга образует заросли каракал, среди которых время от времени попадаются и более высокие деревья.

Таким образом, каатинга — это сухой колючий лес, вероятно занимавший до прихода человека всю северо-восточную часть Бразилии. Флора каатинги в значительной степени эндемична и богата видами. Широко представлены бобовые (семейство Leguminosae), особенно каатингейра и мимозовые. В числе многих представителей молочайных — фавейлера (Iatropha), не лишенная внешней привлекательности, но более жгучая, чем крапива. Немногие кретоновые и Bombacaceae, и среди них знаменитая барригуда (Chorizia) с раздутыми как бочка стволом и конусообразными вершинами, дополняют состав древесных пород. Подлесок состоит из многих ананасных с длинными, расположенными розетками колючими листьями, то ярко-желтыми, то красными. Такие растения, как караос (Neoglaziovia variegata), ценятся за волокна, получаемые из их длинных листьев.

Характерные для каатинги растения—кактусы— очень эффектны. Шик-шик (Cereus gounellei) — один из самых заметных и распространенных в этой сухой скалистой местности кактусов. Его отличают покрытые волосками, переплетающиеся в сложном рисунке серые стебли. Другие кактусы похожи на деревья, их обычная высота достигает почти пяти метров, но иногда они бывают и вдвое выше. Таковы, например, мандакару (Cereus jamacaru), а также фашейро (С. squamosus), похожие на огромные подсвечники, словно расставленные на местности. Землю покрывают многочисленные опунции и колючи шары мелокактусов.

В каатинге много растений. Хотя лиан почти нет, эпифиты, за исключением некоторых лишайников и косматой тилландсии, редки, деревья, кусты и бесчисленные колючие растения образуют непроходимые заросли. Поэтому пасущие в каатинге скот вакеро — прототип аргентинских гаучо—носят кожаную одежду. В середине этих обширных зарослей, особенно в некоторых горных районах, где менее сухо, попадаются пятна зеленого леса, так называемые маттас. Эти зеленые островки, возможно, являются остатками леса, покрывавшего весь район во времена, когда климатические условия были здесь более благоприятны.

Внизу, в долинах, растут пальмовые рощи, главным образом из пальмы карнауба (Copernicia ceritera). Эти крупные пальмы с веерными листьями дают растительный воск, который используется при изготовлении мастик для полировки мебели и натирки пола. Листья карнаубы покрыты толстым слоем воска, предохраняющего интенсивное испарение, обычное в сухом и жарком климате, а сухо здесь большую часть года. Бразилия — монопольный поставщик растительного воска — ежегодно производит на экспорт 15000 тонн этого продукта. Присутствие бразильской пальмы в каатинге представляет интерес, так как пальмы здесь вообще редки. Исключение составляет кокосовая пальма Cocos commune очень многочисленная около приморского города Форталеза.

Воздействие человека на каатингу проявилось в возникновении ксерофитного редколесья, которое бразильцы называют агресте (в противоположность сертао— полупустынному пространству). Многие из существующих сейчас густых зарослей представляют всего-навсего деградированную форму первичного леса. Потребность в древесине, расчистка земли под плантации, чрезмерный выпас, козы и выжигание растительности оказали разрушительное влияние на первоначальный покров земли. Однако роль человека не нужно преувеличивать, так как крайняя бедность естественных ресурсов каатинги не стимулировала ее заселение. В растительности северо-восточной Бразилии есть несомненное сходство с растительностью африканской сахель, но между ними существует и явно выраженное различие, в частности растущие в каатинге кактусы и бромелиевые не имеют аналогов в Африке. С другой стороны, столь обычные в африканском ландшафте акации Асаcia играют лишь незначительную роль в Южной Америке. В общем, несмотря на ряд сходных черт, флора одного и другого района совершенно различна.

И каатинга и сертао для ведения сельского хозяйства совершенно непригодны, поэтому единственно возможной в этих условиях могла бы быть своего рода переложная система земледелия; исключение составляют, разумеется, более плодородные открытые склоны и поймы рек. Для скотоводства условия в каатинге более благоприятны. В 1711 году в штате Баия было 500 000 голов скота, а в Пернамбуку— 800 000. Впрочем, разведение скота в этих местах сопряжено с трудностями— особенно сложно поить скот в этом крайне бедном водой районе.

Близко расположенная к побережью каатинга способствовала поддержанию экономического баланса в стране, так как она обеспечивала выгодный обмен между скотоводческим и земледельческим районами. Прекрасные здания в стиле барокко в старых городах на приморских равнинах свидетельствуют о процветании этого края в далекие времена.

АРМАДИЛЛЫ — БРОНИРОВАННЫЕ МЛЕКОПИТАЮЩИЕ

Фауна этого района не очень богата, и наиболее интересные виды ее встречаются опять-таки в долине Амазонки. Из млекопитающих здесь обитают разнообразные сумчатые, довольно большая группа грызунов, а также и водосвинки капибара, но в ограниченном количестве, а из хищников — скунс (Conepatus chilensis). Есть здесь и обезьяны (среди них обыкновенный игрунок (Callithrix jacchus), похожий на беличью обезьяну), часто посещающие густо заселенные участки.

Наиболее примечателен среди млекопитающих этого района тату, или броненосец. Броненосцы встречаются повсюду от Техаса до Патагонии и от густых тропических дождевых лесов до районов пустынь включительно. В каатинге обитают три вида броненосцев: трехпоясный шаровой броненосец (Tolypeutes tricenctus), обычный девятипоясный (Dasypus novemcinctus) и белощетинистый броненосец (Euphractus sexcinctus). Тело броненосцев заключено в панцирь из заходящих одна за другую роговых пластинок и подвижных поясов, так что их покрытие похоже на средневековую кольчугу. Голова и хвост также защищены пластинками. У молодых животных основание пластинок хрящевое, а у взрослых — костное. Несмотря на напоминающую бронетанк внешность, у броненосцев сильно развита мускульная система, помогающая им сжиматься и свертываться в шар; при этом пластинки головы и хвоста встречаются, и тогда броненосец практически неуязвим. Бегают броненосцы очень быстро. Кроме того, они могут закапываться в землю или муравейники, поскольку на ногах у них длинные и очень сильные когти. С помощью этих когтей они прочно закрепляются в земле, и нужно употребить немало усилий, чтобы их вытащить. Это хорошо известно местным охотникам, которые преследуют броненосца ради мяса, считающегося деликатесом. Помимо физической силы, необходимой броненосцам, чтобы зарыться, они обладают еще способностью задерживать дыхание на три-четыре минуты, когда их морда находится под землей; благодаря этой интересной адаптации частицы почвы не могут проникнуть в легкие животного.

Броненосцы живут в норах длиной четыре-шесть метров и глубиной до полутора метров. Часто норы имеют до двенадцати выходов. Одна камера в норе бывает выстлана травой и листьями — там животные обычно проводят день, а ночью выходят на охоту, хотя некоторые броненосцы активны и днем. Питаются они преимущественно насекомыми, но не брезгают моллюсками и даже лягушками и небольшими пресмыкающимися, а при необходимости и падалью: свое питание они разнообразят зеленью. С любой точки зрения броненосцы совершенно исключительные животные.

ПТИЦЫ ПЛОСКОГОРИЙ

В лесах, покрывающих плоскоюрья северо-восточной Бразилии, можно встретить несколько видов амазонских птиц. Одна из обитающих здесь групп — тинаму. По внешнему виду эти птицы похожи на куропаток северных стран. Среди них криптурелла (Crypturus), которая откладывает яйца в небольших углублениях в земле, и рыжий тинаму, или тимбукту (Rhynchotus rufescens), встречающийся также в Мату-Гросу. Широко представлены голуби, причем многие из них характерны для сухих районов Южной Америки.

В этой части Бразилии много местных видов попугаев, и среди них золотой попугай (Aratinga аиrеа). Он гнездится в дуплах деревьев, но иногда выдалбливает гнездо в огромных жилищах термитов на деревьях. В этих случаях термиты мгновенно запечатывают галерейки, ведущие к гнездовому отверстию, и после этого, по-видимому, вполне мирно соседствуют с птицами, хотя вся выгода от этого необычного содружества приходится на долю попугаев. Открытые пространства северовосточной Бразилии привлекают многих дятлов, например Colaptes campestris, столь обычных в Аргентине и в Мату-Гросу. Кусты и заросли, по-видимому, нравятся и многим воробьиным, во всяком случае здесь встречаются и птицы-печники. Среди зеленой листвы заметно выделяются желтые вьюрки (Sicalis flaveola).

НЕПРОШЕНЫЕ ГОСТИ

Надеясь переделать природу, человек не раз перевозил растения и животных из одной частя света в другую. Но иногда и тем более с развитием средств сообщения такие перевозки, особенно насекомых, совершались непреднамеренно. Случайный завоз в северо-восточную Бразилию малярийного комара (Anopheles gambiae) имел катастрофические последствия.

В начале 1930 года в Натал, морской порт в бразильском штате Риу-Гранди-ду-Норти, пришло почтовое судно из Дакара. На нем прибыла безбилетные пассажиры — несколько комаров, представителей одной из двух групп основных переносчиков малярии, распространенной в большей части Африки. Они быстро акклиматизировались, и уже в марте 1930 года две тысячи их личинок были собраны в Натале. К апрелю малярия начала угрожающе распространяться в городе, а в январе 1931 года среди двенадцатитысячного населения жителей Алекрима было зарегистрировано десять тысяч случаев заболевания малярией. Затем наступило временное затишье, во время которого комары распространились вверх по долинам в штат Сеара и по всему Риу-Гранди-ду-Норти. В 1938 году вспыхнула эпидемия малярии. Эта эпидемия была самой страшной из всех эпидемий этого заболевания, всегда характерного для данного района Бразилии. Случаи малярии регистрировались сотнями и тысячами, более двадцати тысяч жителей погибло, а в зараженных районах наблюдался застой в промышленности, торговле и сельском хозяйстве.

Бразильское правительство повело интенсивную борьбу с малярией: сначала были приняты меры по сдерживанию распространения эпидемии, а затем искоренению ее. К ноябрю 1940 года борьба с малярией в Бразилии была успешно завершена. Но за истекшее время десятки тысяч людей успели погибнуть, а связанные с эпидемией убытки выразились в миллионах долларов. Это еще один пример того, что непреднамеренный завоз даже крохотного насекомого может нарушить равновесие в природе и вызвать катастрофу.

ПОБЕРЕЖЬЕ И ОСТРОВА

К юго-востоку от устья Амазонки отложения, выносимые большой рекой, придают прибрежным водам Атлантики коричневый оттенок. Но чем ближе к берегам штата Сеара, тем прозрачнее становится вода, и, наконец, она приобретает естественный зеленоватый или голубоватый оттенок. У северо-восточной оконечности континента, мыса Калканьяр, и дальше к северо-востоку берег постепенно понижается до мыса Сан-Роки. Этот мыс из белого песка — самая близкая к Старому Свету точка (не считая, конечно, Арктики). Здесь ширина Атлантического океана всего 2885 километров при его средней ширине 6000 километров. Близость к Африке, несомненно, объясняет сходные черты в фауне обоих побережий, особенно у морских птиц.

На всем пути от Форталезы до Салвадора, то есть примерно на 2000 километров, вдоль берега тянется рифовый барьер. Долгое время его считали чисто коралловым рифом. На самом же деле этот барьер сложен песчаником, скрепленным известняковыми отложениями. У берегов штатов Вайя и Эспириту-Санту он очень широк и создает впечатление огромной морской дамбы. Рыбаки пользуются его зашитой и плавают на очень хрупких янтадос, обычных плотах, снабженных парусами, придерживаясь лагун, созданных естественной дамбой, о которую с пеной разбиваются волны. Берег Бразилии окружен форпостом маленьких островков, среди которых единственный коралловый атолл в южной части Атлантического океана — Рок ас-Риф. Он расположен примерно в 2 километрах от мыса Калканьяр и в длину имеет более шести-восьми километров. На острове ширные колонии крачки (Sterna fuscata) и глупой крачки (Anous stolidus); там же встречаются фрегаты и олуши.

Примерно в 350 километрах от бразильского берега расположен остров Фернанду-ди-Норо. Этот потухший вулкан возвышается над водой почти на 335 метров. В 1832 году, когда Фернанду-ди-Норонью посетил Чарлз Дарвин, поверхность острова была покрыта лесом и вулканическая, получающая много осадков почва была плодородна. Впоследствии растительность сильно пострадала от человека, но в тех местах, где она сохранилась, остались многие местные виды. Интересна здесь и фауна. Наибольшего внимания заслуживает подземная безногая ящерица, Amphisbaena ridleyi, сородич некоторых рептилий островов Вест-Индии. Среди морских птиц есть два вида тропических птиц, три вида олушей, один вид фрегата и четыре вида крачек, Встречаются также один вид голубей, виреоны и мухоловки. Почти так же, как остров Фернанду-ди-Норонья, интересен и другой остров, Сен-Пауль. В длину он не более 300 метров, а от бразильского берега отстоит примерно на 1000 километров. Остров интересен тем, что сложен не кораллами и не лавой. Это вершина подводной горы высотой более 3960 метров. На нем гнездятся только три вида птиц: белогрудая олуша и два вида глупой крачки. Несколько видов насекомых и пауков дополняют фауну этих скалистых островов, расположенных в отдаленных водах южной части Атлантического океана.

8. ДРАГОЦЕННЫЕ КАМНИ, ОРХИДЕИ И БОЛЬШОЙ ВОДОПАД

БРАЗИЛЬСКОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ И ПЛАТО

Пока наш самолет медленно кружил над аэропортом, на землю спускалась ночь, но гигантские ореолы света еще венчали суровые очертания береговых гор, и в отблеске уходящего дня мерцали, словно драгоценное ожерелье, протянувшиеся в бухте острова.

Под нами раскинулся Рио-де-Жанейро с его круто опускающимися к побережью высокими горами, придающими ландшафту величавую красоту. Замыкающие город возвышенности Серра-да-Кариока вздымаются в виде скалистых глыб (именуемых геологами горстами) и поднявшихся в результате опускания примыкающих к ним участков земной коры. Высота некоторых из этих гор, носящих местное название морро, например вершина Тижука, превосходит 900 метров. За городом вздымается другой хребет, отделенный от берегового более или менее заболоченными аллювиальными равнинами, теперь уже в некоторой степени осушенными, но все еще сохранившими несколько лагун. Море частично затопило этот сложный рельеф. Бухта Гуанабара у Рио-де-Жанейро усеяна бесчисленными островками и огромными скалами. Самые известные из них: Пан-ди-Асукар (Сахарная голова), высота 395 метров, и Корковаду — 704 метра. Своей красотой эта гавань, одна из самых безопасных и больших в мире, обязана сочетанию скали¬стых останцов береговых гор с прибрежными равнинами и пляжами, ограниченными со стороны суши другими горами, покрытыми тропическим лесом.

Кариоки, коренные жители Рио-де-Жанейро, по праву гордятся своим городом, заявляя: «Бог сотворил мир за семь дней, но из них два дня были посвящены созданию одного только Рио». Еще более фантастическая легенда создана французским поэтом Полем Клоделем, утверждающим в своей маленькой новелле, что какой-то ангел прервал работу бога как раз в тот момент, когда он творил самый совершенный на земле ландшафт бухты Гуанабара, чем и объясняется, что некоторые горные вершины поставлены им косо.

Со стороны океана все побережье Бразилии от Натала до Рио-де-Жанейро или даже до штата Риу-Гранди-ду-Сул кажется нам непрерывной горной цепью. И действительно, часть этого хребта носит название Серра-ду-Мар (Береговая Серра). Но в действительности мы имеем здесь дело не с горным хребтом, а с крутым восточным уступом обширного плато, местами обрывающимся к морю почти вертикально с высоты 870 метров. Однако в штатах Рио-де-Жанейро и Эспириту-Санту Серра-ду-Мар превращается в настоящий горный хребет. Одна из его вершин, гора Бандейра, достигает 2890 метров. Это высочайшая точка Бразилии. Большие реки, в частности Параиба, Риу-Доси, Жекитиньонья, проточили эту горную стену и отпрепарировали открывающиеся к морю долины. Устья некоторых рек в свою очередь были затоплены морем, и здесь образовались глубокие заливы, такие, например, как залив Тодуз-ус-Сантус, на побережье которого разместился город Салвадор.

Перед горной стеной простираются очень узкие береговые равнины: песчаные дюны чередуются здесь с впадинами, где вода накапливается, обра¬зуя лагуны и соленые озера. Озера Лагоа-Мирин и Патус в штате Риу-Гранди-ду-Сул относятся к этой системе. За исключением тех частей, где отвесные скалы круто обрываются прямо в море, как это наблюдается в Сантусе — морском порту близ Сан-Паулу,—берега, насколько хватает глаз, окаймлены белыми песчаными пляжами, по краям которых растут кокосовые пальмы.

ТРОПИЧЕСКИЕ ЛЕСА

Узкая береговая равнина и атлантические склоны Серра-ду-Мар от Натала до штата Санта-Катарина отличаются очень влажным климатом. В противоположность большинству тропических районов, где дождливый сезон обычно приходится на лето южного полушария, осадки здесь выпадают главным образом осенью и зимой, то есть в апреле — июле. Эта аномалия вызвана конденсацией содержащегося в атмосфере водяного пара, которая наблюдается, когда массы полярного воздуха, перемещающиеся на север из Антарктики, встречаются с пассатами. На юго-востоке Бразилии осадки выпадают почти непрерывно в течение всего года, так как за зимними дождями в южном полушарии следуют тропические летние ливни. Горные хребты играют также немаловажную роль в годовом ходе осадков: насыщенные водяными парами морские воздушные массы, поднимаясь вдоль горных склонов, охлаждаются, что вызывает выпадение осадков. Хотя в самых увлажняемых частях этого района выпадает всего 1375 миллиметров осадков в год, а в Рио-де-Жанейро лишь 1125 миллиметров, земля покрыта пышными тропическими лесами, поскольку дожди здесь распределяются почти равномерно по временам года. Кроме того, тут часты туманы, а засушливый сезон никогда не продолжается более двух месяцев. Как и повсюду на земном шаре, густой тропический лес может довольствоваться сравнительно небольшим количеством осадков при условии, что воздух остается влажным в течение всего года.

Благодаря влажному климату непрерывный лесной пояс некогда простирался от северо-востока Бразилии до ее южной окраины. На западе к этому поясу примыкала каатинга, а на юге Бразильское плоскогорье. Именно этим лесам обязана страна своим названием. Она получила его тогда, когда Америго Веспуччи в 1501, а Гон-сало Коэльо в 1503 году привезли в Португалию большое количество древесины бразы, дерева, известного теперь под названием пау-бразил (Саеsalpinia echinata). Португальский король предоставил монопольное право на эксплуатацию этой ценной древесины Фернанду ди Норонья. и сей предприимчивый сеньор только в 1519 году срубил и отправил в Португалию 5000 деревьев.

Этот лес постепенно истреблялся в процессе расчистки земель под тропические сельскохозяйственные культуры, что привело к эрозии почв и уничтожению великолепной растительности, некогда служившей им надежной защитой. Участки прекрасных лесов еще сохранились в штатах Баия и Эспириту-Санту, но площадь под ними неуклонно сокращается в результате расширения плантаций и чрезмерной активности лесопромышленников. К счастью, бразильское правительство наконец осознало, какую угрозу таит в себе подобного рода деятельность, и в одних районах создало заповедные территории, а в других приступило к осуществлению проектов восстановления лесов. Постоянная влажность климата способствует возрождению лесов. Таким образом, некоторые возвышенности, например Тижука возле Рио-де-Жанейро, полностью оголенные в XIX веке, снова покрылись густыми лесами. Несмотря на то, что горные склоны теперь покрыты искусственными лесонасаждениями, они представляют большой интерес для путешественников, только что прибывших в Бразилию, позволяя им впервые деть пышную растительность тропиков.

Хотя тропические леса восточной Бразилии похожи на леса, которые произрастают в бассейне Амазонки, деревья никогда не достигают здесь таких огромных размеров. Это можно объяснить тем, что местные почвы суше. Некоторые из распространенных пород очень красивы и имеют большое экономическое значение, например жакаранда, или чернодревесная дальбергия (Dalbergia nigra), ипи (Paratecoma peroba), зебровое дерево, или гонсало альвес (Astronimum fraxinifolium), пурпурное дерево, или пау-виолета (Dalbergia cearensis), розовое дерево, или nay-pоза (D. frutescens),и только что упоминавшаяся браза.

Леса восточной Бразилии отличаются также от амазонских необычайным развитием эпифитов (то есть растений, обитающих на других растениях, но не являющихся паразитами), таких, например, как бромелиевые, орхидеи, многочисленные папоротники и даже некоторые кактусы. Особенно поражает обилие древовидных папоротников, характерных для климата предгорий и лесов, произрастающих на уровне стояния облаков. Эта растительность очень похожа на ту, что покрывает горы тропической Африки, особенно на эпифиты и папоротники гор Нимба в Гвинейской Рес¬публике.

Самые энергичные ботанические исследования проводились на юге в национальных парках Серра-дус-Органс и в горах Итатиая. Склоны последних покрыты влажным субтропическим вечнозеленым лесом. Нижняя часть склонов, простирающаяся до отметки 1000 метров, теперь покрыта вторичной растительностью в результате искусственного лесовозобновления, последовавшего за вырубками для выжига древесного угля и производства железнодорожных шпал. Вмешательство человека особенно отчетливо проявляется в обилии каресмейры (Tibouchina), которая в период цветения покрывается пурпурными цветами, кассии (Cassia) с ее желтыми цветами, цекропии (Cecropia cinerea) и пальмы Euterpe edulis. На уровне 1200—1800 метров этот лес становится очень густым, а на высоте 2250 метров к перечисленным породам примешивается араукария узколистная (Araucaria angustifolia) в виде отдельных экземпляров или небольших массивов. На уровне 2400 метров лес сменяется степью: земля здесь покрыта злаками, тростником, кустарником и карликовым бамбуком (Chusquea pinifolia). Узкие, растущие пучками листья придают этому бамбуку сходство с хвойными породами. Кустарники защищают горные породы от ветров и принадлежат к высокогорной тропической флоре, в частности это мирты и различные растения семейства вересковых (Ericacea). Флористический состав несколько видоизменен пожарами, которые с давних времен опустошали эти возвышенности; но растительность сохранила свой самобытный характер, хотя бы благодаря нескольким произрастающим здесь антарктическим и андийским элементам, необычным для тропических областей.

АРАУКАРИИ—БОТАНИЧЕСКАЯ ЗАГАДКА

Один из самых интересных лесных массивов Бразилии—араукариевый лес — растет на большом плато на юге. Местное название араукарии— Пиньо де Парана (сосна Параны). Это хвойное дерево причудливой формы принадлежит к группе, широко распространенной в горах Чили, а также в далекой Новой Каледонии, находящейся на юге Тихого океана.

Некогда араукариевый лес занимал обширную территорию между рекой Параной и морем, заходя на север за Куритибу, а на юге достигая IIорту-Алегри и аргентинской провинции Мисьонес. Выше 450 метров все плато были покрыты этим лесом. К сожалению, на юге Бразилии араукариевые леса стали объектом усиленной эксплуатации, в результате которой примерно на 50 000 квадратных километров эти леса были сведены.

Араукарии достигают в высоту от 19 до 24 метров, а диаметр ствола у основания приближается к девяти метрам. Эти деревья господствуют в густых тропических лесах, перемежаясь с хвойными рода ногоплодниковых (Podocarpus) и такими листопадными деревьями, как имбуйя, или фёба пористая (Phoebe porosa), используемая краснодеревщиками, и йерба мате— парагвайский чай (Ilex paragvaiensis), листья которого идут на изготовление тонизирующего напитка мате. Подлесок в этих лесах густой. Сочетание хвойных пород с тропическими листопадными видами представляет самую странную особенность рассматриваемой области, изобилующей многочисленными ботаническими загадками. Светолюбивые араукарии не возобновляются в густых лесах. Поэтому выдвигается гипотеза, что они были первыми поселенцами на кампос, то есть на расчищенных от леса участках, которые постепенно занимались другой растительностью, местами вытеснившей араукарию.

ОРХИДЕИ—ДОЧЕРИ ВОЗДУХА

Тропики славятся своей замечательной флорой, но ни одно растение не может сравниться по великолепию с представителями лучше всего изученного и самого многочисленного семейства растительного мира — орхидными (Orchidaceae). По самым осторожным оценкам, насчитывается по меньшей мере 15000 видов орхидей, но, несомненно, их гораздо больше. Орхидеи встречаются даже в зонах умеренного климата северного полушария, но только в тропиках это семейство достигает самого поразительного развития, самого большого многообразия и чудесной красоты. Только в тропиках можно обнаружить орхидеи-эпифиты, которым индейцы дали поэтическое название—«дочери воздуха». Тропическая Америка, особенно бассейн Амазонки и самые теплые склоны Анд, отличается особым богатством видов орхидей, впрочем, некоторые из них обнаружены очень высоко в Кордильерах, в частности Epidendrum frigidum, встречающийся на высоте 4200 метров в Андах Кито.

Леса восточной Бразилии с ее теплым и влажным климатом особенно богаты орхидеями. Путешественнику приходится зачастую далеко углубляться в такой лес, прежде чем он обнаружит орхидею, зато какой восторг он испытывает, когда найдет ее на дереве или растущей на залитой солнцем прогалине. Одни из орхидей отличаются крайне причудливыми, диковинными формами, напоминая какую-нибудь птицу или бабочку. Другие достигают гигантских размеров. Диаметр цветка 100—150 миллиметров — здесь обычное явление, тогда как у отдельных видов, например у Соryanthes, он достигает 250 миллиметров и даже больше. У некоторых видов небольшие размеры компенсируются тем, что они растут огромными гроздьями. Окраска орхидей чрезвычайно разнообразна и варьирует от ярко-алой и желтой до ослепительно-белой или достигает чудесного мягкого и гармоничного сочетания белых, фиолетовых и розовых тонов. Даже в пределах одного вида наблюдается большое разнообразие в признаках, особенно в окраске. Laelia purpurata, уроженка острова Санта-Катарина, известна в 300 вариантах, и редко два ее экземпляра походят один на другой. Умелой гибридизацией люди, занимающиеся выращиванием орхидей, увеличили природное разнообразие этих бесподобных цветов. В противоположность своим сородичам из умеренных широт, немногие виды тропических орхидей растут в грунте. В большинстве своем тропические орхидеи— эпифиты и растут, цепляясь за стволы деревьев, особенно пород с грубой толстой корой. Некоторые орхидеи взбираются на скалистые уступы, невзирая на относительную сухость и безжалостные солнечные лучи, ибо эти цветы прежде всего светолюбивы и в поисках света взбираются по стволам деревьев, избегая нижние, затененные ярусы леса.

Тяга орхидей к солнечному свету осложняет для них многие проблемы, и особенно проблему, как добыть достаточное количество воды и минеральных веществ. В отличие от грунтовых растений у орхидей нет настоящих корней, которые снабжали бы их влагой и минеральными солями, а поскольку они не относятся к числу паразитов, то они и не извлекают питательных веществ из дерева, на котором обитают. Проблему воды орхидеи решают, впитывая атмосферную влагу тропических лесов, особенно лесов дождевых. Они всасывают ее при помощи свободно висящих воздушных корней. Эти корни защищены сеткой мертвых клеток, которая предохраняет их от высыхания, впитывая самые крошечные капельки, как губка. Затем драгоценная влага запасается в луковицах у основания растений, которые иногда достигают в диаметре 150—200 миллиметров. Листья орхидей—толстые и кожистые — играют роль кожно¬го покрова при защите мягких тканей. Иногда мягкие ткани раздуваются от накопленного запаса влаги и листья становятся почти цилиндрическими.

Другим поразительным примером приспособления орхидей является их способ размножения. Единственная тычинка принимает огромные размеры и поднимается над краями ярко окрашенного цветка. Вместо того чтобы рассыпаться, частицы пыльцы образуют плотную массу, сидящую на клейкой ножке. Насекомые, привлекаемые сильным ароматом орхидей, а порой и довольно зловонным запахом, резко контрастирующим с красотой цветка, садятся на него, чтобы полакомиться нектаром, выделяемым у основания цветка. Насекомое может сесть на край цветка и немедленно вступить в контакт с тычинкой и с клейкой массой пыльцы. Порой легчайшего при¬косновения к краю цветка достаточно, чтобы тычинка наклонилась и сбросила свою пыльцу на голову или спину насекомого, которое затем переносит ее на другой цветок.

После опыления начинает развиваться плод, семена которого заключены в коробочку, открывающуюся, когда он созревает. Семена орхидей—самые крошечные в растительном мире и бывают такими малюсенькими, что зачастую два-три семечка весят миллионную часть грамма. Дуновение ветерка может унести семечко, как пылинку, и поддержать его в лесном воздухе на весу.

Поскольку шансы к приземлению в благоприятном месте невелики, орхидея компенсирует это развитием семенных коробочек, которые содержат до полутора миллиона семян, например у Cymbidium, а порой и четыре миллиона, в частности у некоторых Anguloa. Даже в том случае, если семечку удается попасть на кору дерева, оно должно еще дать росток и найти себе сожителя совершенно особого рода, а именно грибок. Более того, каждому виду орхидей нужен свой особый вид грибков. Орхидеи живут в гармоничной ассоциации, или симбиозе, с микроскопическими грибками, которые обитают в корнях растения. Эти грибки живут в тканях растений не в качестве паразитов, а во взаимовыгодной ассоциации: грибки пользуются сахаром, который синтезируют орхидеи, тогда как последние поглощают некоторые питательные вещества, высвобождаемые грибками, в частности белок. Цветоводам не удавалось выращивать орхидеи до тех пор, пока они не поняли, какое важное значение имеют взаимоотношения между этими столь различными организмами. Обычно росток развивается довольно медленно и орхидея начинает цвести не раньше, чем через два года, а иногда такие виды, как Cattleya, даже через шесть лет.

Орхидеи — гордость тропических лесов как Старого, так и Нового Света — составляют неотъемлемую частицу своеобразного мирка. Они не только образуют висячие сады высоко на деревьях, но и сами заселены крошечными животными, в частности особым видом муравьев, которые обосновываются в отверстиях в тканях растений или в пустотелых луковицах, не нарушая, однако, развития орхидей. Многие крошечные или микроскопические водные организмы процветают в воде, накапливающейся у основания цветка.

Орхидеи образуют мир, сверкающий естественной красотой и издавна привлекавший к себе человека. С начала XVIII века выращиванием орхидей стали заниматься в Европе, особенно в Англии. Число любителей орхидей поразительно увеличилось. Новые и редкие их виды продаются по баснословным ценам. Накануне второй мировой войны одна из разновидностей орхидей, Odontoglossum, стоила в Англии 1720 гиней. Усиленный сбор орхидей привел к уменьшению их естественных видов. Охотники за этими цветами без колебаний рубили деревья, чтобы завладеть растениями, находившимися на недосягаемой высоте. Один из коллекционеров собрал 10000 экземпляров прекрасной Odontoglossum crisrus, срубив 4000 деревьев. Такое массовое уничтожение деревьев тем более прискорбно, что оно разрушает и места обитания этих чудесных цветов.

ЦАРСТВО ПЕРНАТЫХ

Леса восточной Бразилии предоставляют убежище фауне, сходной с той, что населяет Амазонию, но отличающейся некоторыми важными особенностями. Поскольку эти два леса издавна разделены обширными саваннами, степями и даже полупустынями, их фауны развивались независи¬мо. Некоторые виды распространены только в Амазонии, другие — только в лесных районах восточной Бразилии. Зачастую одни и те же группы представлены в двух районах разными видами.

Лучше всего изученные птицы в странах Латинской Америки отличаются большим разнообразием. В районе горы Итатиая насчитывается около 248 видов птиц, но, к сожалению, число особей каждого из них незначительно, что объясняется уничтожением их лесных убежищ.

Путешественника, прибывающего в Рио-де-Жанейро, приветствуют мириады тропических птиц. Фрегаты и олуши летают над бухтой, а на берегу стоят большие, ослепительно белые цапли. На улицах и в парках этого города можно встретить представителей очень распространенных видов птиц, и среди них бразильскую зонотрихию (Zonotrichia capensis matutina) и рыжебрюхого дрозда (Turdus ruffventer), который заменяет в Бразилии европейского черного дрозда, и американского странствующего дрозда. Окружающие город лесные массивы, в частности лес на горе Тижука, дают приют весьма разнообразным видам птиц. Бразильская певчая танагра (Ramphocelus brasilius) с ее ярким черно-красным оперением населяет влажные заросли и подлесок. Она более широко распространена в прибрежных, а не в горных районах в глубине страны. Отчетливая локализация видов наблюдается на высокогорьях, особенно на горном массиве Итатиая. Нижние части склонов населяют тропические птицы, в том числе многие виды попугаев, нектарницы, танагры, манакины и мухоловки. Капуэйрская куропатка (Odontophora capueira) в большом числе встречается в кустарниковых зарослях, где ее монотонный крик раздается с утра до ночи. На больших высотах температура нередко падает до нуля, и пернатая фауна здесь очень скудная. Тем не менее, и здесь можно встретить очень интересных птиц, среди них бразильского конька (Anthus brasitiensis), одинокого странника, обитающего на высоте от 2100 до 2400 метров. Присутствие этой птицы из отряда воробьиных, встречающейся в умеренных широтах земного шара, свидетельствует о том, что мы имеем здесь дело с островком умеренного климата в самом сердце тропических и субтропических лесов.

КОЛИБРИ И ОХОТНИКИ ЗА ЭТОЙ ПТИЦЕЙ

Леса восточной Бразилии, подобно амазонским, отличаются множеством колибри. Издавна это богатство интересовало не только натуралистов, но, увы, также и дельцов. Салвадор был некогда центром экспорта птичьих шкурок, идущих на изготовление модных изделий, а шкурки колибри вывозились в Европу сотнями и тысячами.

Некоторые виды были известны только по экземплярам, добытым в каком-либо одном районе, причем точное место их происхождения оставалось неизвестным. Это относится к очень редкому виду (который долгое время считался вымершим), названному известным орнитологом Джоном Гоулдом «хохлатой забралоноской» (Augastes lumachellus). Источником этих немногочисленных шкурок в музеях указывалась только Бразилия. Однако доктор Аугусто Руши, орнитолог и директор Биологического музея Мельо-Лейтана, который он основал в Санта-Терезе (штат Эспириту-Санту), проследил наконец одну птицу вплоть до Морру-ду-Шапеу, вершины, вздымающейся до 1200 метров в горах Серра-ду-Синкора на окраине зоны сертаи. Первые поиски Руши оказались бесплодными. Затем он дошел до водопада Кашуэйра-Ферро-Дойдо высотой 195 метров и шириной 400 метров и испытал вполне понятный восторг, оказавшись первым ученым, который увидел этот редкий вид колибри в его естественной среде. Он поймал дюжину этих птиц, и они благоденствовали в его вольерах.

Крупный знаток птиц, населяющих восточную Бразилию, доктор Руши применил остроумный способ ловли этих птичек. Он воспользовался методом, которым, судя по самым древним хроникам, пользовались индейцы, а именно гибким шестом, конец которого смазывается густым птичьим клеем, что позволяет ловить колибри, когда птица парит над цветком. Благодаря этому приспособлению вольеры доктора Руши наполнены птицами, которых он может спокойно изучать на досуге.

БРАЗИЛЬСКИЕ ПЛАТО

За атлантическим фасадом Бразилии с его лесистыми хребтами простирается ряд обширных плато, которые занимают всю восточную часть страны. Рельеф этих высоких равнин, на которых поднимаются низкие горы и небольшие хребты, простирается от восточной части штата Мараньон до границы с Боливией. Эту область можно рассматривать как южную часть Гвианского нагорья, отчлененную Амазонкой.

Плато, относящиеся к докембрию, сложены самыми древними из известных нам пород—гранитами, гнейсами и слюдяными сланцами, которые были смяты в складки и разбиты сбросами. Породы эти оказались нестойкими в условиях тропического климата, и эрозия создала здесь холмы с мягкими округлыми склонами. Эти столовые возвышенности ограничены крутыми уступами. Таково, например, обширное, сложенное песчаниками плато на водоразделе между притоками рек Токантинс и Сан-Франсиску, где холмы и холмики ведут к живописным уступам. Бразильцы часто называют рападурами эти образования из песчаника, которые напоминают им глыбы неочищенного коричневого сахара, потребляемого жителями внутриматериковых районов.

Еще дальше к югу простирается Мату-Гросу, огромное песчаниковое плато, покрытое латеритной корой выветривания. Эта разрушенная порода (бразильцы называют ее кангой) в виде движущихся песков сильно затрудняет передвижение. К северу песчаники уступают место слюдяным сланцам, гнейсам и гранитам, которые простираются до нижней Амазонки. На юге обширный участок этого плато перекрыт базальтовыми лавами. Выходя на поверхность, они распадаются и образуют пресловутые красные земли или, как их называют, терра-росса (от итал. terra-rossa — красная земля), почвы очень темной красноватой окраски. Эти плодородные почвы способствовали выращиванию кофе, которым прославилась рассматриваемая часть страны. К сожалению, не защищенные от плоскостного смыва и эрозии, они быстро деградировали, и линия «кофейного фронта» неуклонно продвигалась на запад, оставляя за собой истощенные земли.

Деятельность рек в дальнейшем сделала рельеф еще более сложным. Важнейшие реки, дренирующие это плато,— Сан-Франсиску, Парана, Парагвай, Тапажос, Сингу, Арагуа, Токантинс и Паранаиба. Эти реки и их притоки, углубляя свои долины, срезали плато и вскрыли некоторые древние пласты. IIоследние проявили неодинаковую стойкость по отношению к эрозии, и поэтому в руслах рек немало порогов и водопадов, которые нарушают регулярность стока на многих участках плато. Река Парана, например, спадает каскадами с большой высоты у Сальто, образуя водопад Сети-Кидас, или Гуайра. Но больше всего славятся водопады Игуасу, на которых мы коротко остановимся ниже.

Плато восточной Бразилии ставят перед человеком много проблем. Их климат, в частности, затрудняет земледелие, а почвы скудны. Они располагают немногими из тех богатств, которые имеются на побережье, и к тому же лишены пышной растительности Амазонии. Поэтому население здесь редкое. И тем не менее эти плато образуют сердце большой страны Бразилии. С их высот реки несут свои воды в Ла-Плату и Амазонку или прямо в Атлантический океан. Находясь между преобразованным человеком побережьем и долиной Амазонки, еще не затронутой цивилизацией, они, несомненно, окажутся в будущем экономическим центром тяжести Бразилии. Вот почему не вызывает удивления, что бразильцы решили основать здесь новый город и столицу, названную Бразилия.

ЗОЛОТО, ДРАГОЦЕННЫЕ КАМНИ И ПОЛЕЗНЫЕ ИСКОПАЕМЫЕ

Древние коренные породы Бразилии весьма похожи на те, которые распространены в Южной Африке, другой очень древней части земной суши. И подобно Южной Африке, эта часть Бразилии очень богата ценными полезными ископаемыми. Пегматитовые жилы, пронизывающие древнее плато, содержат золото и драгоценные камни. В некоторых местах пегматитовые жилы разрушены эрозией, причем драгоценные элементы унесены реками в виде осадочных отложений; но и эти месторождения можно разрабатывать, промывая золотоносные пески.

Золото в колониальные времена принесло процветание нескольким штатам: Минас-Жерайсу, Голасу и Мату-Гросу. Месторождение его, открытое в 1698 году в штате Минас-Жерайс (что по-португальски означает «главные рудники»), разрабатывалось в крупных масштабах более ста лет. В начале XIX века добыча начала быстро сокращаться в результате истощения рудных жил.

Алмазы открыты в 1727 году в Каэте к востоку от Белу-Оризонти и в различных местах, называющихся теперь по этим драгоценным камням. Многие алмазы пригодны только для промышленных целей. Другие высоко ценятся в ювелирном деле. В 1853 году к северо-востоку от штата Голаса в аллювиальных наносах реки Бакажа, притока Токантинса, был добыт алмаз «Эстрелья ду Сур» (Южная Звезда), весивший 254,5 карата в необра¬ботанном виде, а в 1857 году — «Дрезденский алмаз» весом 117,5 карата. Эти драгоценные камни добывают на большей части плато, но особенно в районе Диамантины, где их извлекают из четвертичных аллювиальных толщ по берегам рек и в расселинах на горных склонах.

В этом районе много и других драгоценных и полудрагоценных камней, в частности топазы, турмалины различной окраски, бериллы, аквамарины (один из них весил более пяти килограммов), хризобериллы, гранаты и сапфиры. Эти богатства привлекли толпы искателей, так называемых бондейранте», и в XVIII веке Бразилию захлестнула волна иммиграции, точно такая же, как в Клондайке во времена золотой лихорадки. Это не только обогатило саму Португалию, но и частично способствовало расцвету таких старинных бразильских городов, как Ору-Прету или Салвадор.

Месторождения золота теперь истощены, а драгоценные камни уже не играют былой роли в хозяйстве страны. Но бразильские плато содержат другие ископаемые богатства, которые больше ценятся в современной мировой экономике. Богатейшими залежами никеля и кобальта располагают штаты Голас и Минас-Жерайс. В восточной части Минас-Жерайса есть магнезитовые и гематитовые жилы с содержанием железа от 50 до 65%, почему предполагаемые запасы оцениваются в 13 триллионов тонн. В одном только округе Конгоньяс к югу от Белу-Оризонти содержится 20,7 миллиарда тонн железа. Таким образом, эти районы открывают блестящие промышленные перспективы для Южной Америки завтрашнего дня.

КАМПОС-СЕРРАДОС

Бразильские плато, особенно находящиеся в глубине континента, страдают от относительно суровой погоды, типичной для климата тропических саванн, как его называют метеорологи. Этот климат характеризуется прежде всего чередованием дождливого и отчетливо выраженного сухого сезона. Среднее годовое количество осадков колеблется в пределах 1000—1750 миллиметров, но это имеет меньшее значение, чем продолжительность сухого периода. Особенности климата оказывают сильное влияние на растительность. Внутри материковая область от уступа, образующего горы Серра-ду-Мар, до Мату-Гросу, носит название кампос-серрадос. Хотя их облик может меняться, мы имеем здесь дело в основном с залесенными землями или более или менее редколесными саваннами. Эта растительная формация, занимающая обширную территорию в центральной Бразилии, граничит на севере с амазонским лесом, на северо-востоке— с каатингой, на востоке — с прибрежными лесами, а на юго-западе с большими болотами в верховьях Парагвая.

Таким образом, типичный для любого бразильского плато ландшафт—травянистые саванны с вкраплением участков, поросших низкорослыми или средних размеров деревьями, причем плотность древостоя меняется в зависимости от местных условий. Пониженные и более влажные участки саванн покрыты лесом, но он постепенно редеет, и на склонах деревья уступают место кустарнику, а затем совсем исчезают, вытесненные злаками и тростником. Многие вершины практически оголены. В южной части штата Риу-Гранди-ду-Сул крайне выровненная поверхность покрыта травянистой саванной, обеспечивающей великолепные пастбища. Такие чисто травянистые саванны редко встречаются на бразильских плато.

В некоторых округах кампос-серрадос уступают место густому лесу из низкорослой, очень колючей и почти непроходимой мимозы. На дне долин растут ленточные леса, которые состоят частично из амазонских видов деревьев. Гевея, или каучуконосное дерево, эксплуатируется в верховьях притоков Журуэны. Здесь очень много пальм, особенно распространена Mauritia.

В целом почвы этих плато бедны, климат суров, а ландшафт очень однообразен. Самая доходная отрасль хозяйства здесь—скотоводство в сочетании с использованием лесных богатств, таких, как каучук. Более южные плато, где плантации, главным образом кофейные, вытеснили леса былых времен, используются гораздо продуктивнее.

ПЕРЕКРЕСТОК МИРА ПЕРНАТЫХ

Следует отметить, что на этих плато, хотя и они отличаются зачастую унылым однообразием, есть различные места обитания—от густых лесов, похожих на амазонские, до болот и пустынных местностей. Поэтому нет ничего удивительного в том, что типы представлены здесь многочисленными видами. Экспедиция по коллекционированию птиц, направленная Американским музеем естественной истории в штат Мату-Гросу, обнаружила там по меньшей мере 658 видов и подвидов. Рассматриваемые районы являются перекрестками миграционных путей птиц, и местных видов здесь мало. Из 658 форм, насчитанных в штате Мату-Гросу, только 36—эндемики, а 372 обнаруживают родство с амазонскими видами. Они проникли сюда из большого дождевого леса, пользуясь его языками, протянувшимися вдоль рек. Другие виды — птицы равнин или редколесья—прилетели сюда из Аргентины.

Смешанная орнитофауна бразильских плато яв¬ляется одной из самых интересных их особенностей, поскольку здесь можно наблюдать с одинаковым успехом птиц различных областей; например нанду из аргентинских памп наряду с тинаму (Tinamus serratus, Т. tao, Crypturellus soui, С. strigulosus) и древесными курами (Сrах и Penelope) Амазонии. Невероятным разнообразием отличаются здесь голуби, а также хищные птицы, включая коршунов-слизнеедов (Rostrhamus sociabills), которые встречаются в большом количестве вдоль рек, где питаются улитками. Стаи этих птиц, состоящие из 50—100 особей, собираются к вечеру, чтобы провести ночь на деревьях, растущих вдоль берегов реки.

Повсюду встречаются огромные стаи попугаев. Особенно большим разнообразием отличаются ара (Аrа hyacinthinus, A. chloroptera, А. таrасапа). Еще больше клинохвостых попугаев различных видов. Тут можно встретить и клинохвостого попугая Nandayus nenday, в основном на скотоводческих ранчо, где он обследует деревянные изгороди в поисках дыры от выпавшего сучка или трещины, чтобы свить там гнездо. Большая часть семейства попугаев — амазонского происхождения, за исключением серогрудого южноамерикан¬ского попугая-монаха (Myiopsitta monachus), выходца из Аргентины. Этих попугаев очень много в лесных районах, где в их огромных коллективных гнездах укрываются от двух до ста пар.

Повсеместно распространены и синебровые момоты (Momotus momota) с длинными хвостами, ракетообразные опахала которых сидят на кончике голого стержня. Нередко можно видеть этих птиц, сидящих на ветвях, где они выщипывают опахало со своих средних рулевых крыльев. Личинкоед ани (Crotophaga ant) и большой ани (С. major) отличаются своим почти целиком черным оперением и своеобразным наростом на верхней части клюва. Эти птицы изобилуют в большей части Южной Америки. За ними легко вести наблюдение, так как они селятся возле человеческого жилья или в кустарниках на пастбищах. Их нетрудно опознать по черному оперению, длиннохвостому силуэту и непоседливости. Ани относятся к числу самых привлекательных птиц Южной Америки, причем особенно интересны их повадки при гнездовании и размножении.

Крайне общительные ани гнездятся чаще всего в «коммунальных квартирах». До двадцати пяти птиц из одной стаи могут объединиться для сооружения общего гнезда, где самки откладывают свои яйца. Все птицы принимают участие в высиживании и уходе за птенцами. Нам предстоит еще немало сделать, чтобы изучить повадки ани и многих других птиц этих плато. Особенно плохо изучены их миграции, которые, вероятно, случаются гораздо чаще, чем это ранее предполагалось, особенно в связи с чередованием влажных и засушливых сезонов, Мы только еще начинаем проникать в проблемы миграции, в частности перелетов колибри, которые приурочены к циклам цветения растений.

ВЕЛИЧИЕ ВОДОПАДА ИГУАСУ

Неравномерная эрозия речных русел приводит к образованию многочисленных водопадов, низвергающихся с бразильских плато. По праву особенно широкой известностью пользуется водопад Игуасу (это название заимствовано из языка индейцев гуарани и означает «большая вода»). Он образовался в том месте, где река Игуасу покидает плато на границе между Бразилией и Аргентиной. Это на двадцать восемь километров выше того места, где Игуасу впадает в Парану.

На земном шаре мало таких величественных зрелищ. Швейцарский ботаник Роберт Шода дал образное описание водопада Игуасу:

«Когда мы стоим у подножия этого царства каскадов, то, подняв глаза, видим над собой, на высоте 80 метров, горизонт, заполненный водой. Потрясающее зрелище океана, низвергающегося в бездну, наводит почти благоговейный трепет. Кажется, что воды этого «всемирного потопа» отвес¬но падают в сердце земного шара по воле провидения. Ландшафт незабываемой красоты развертывается среди пышной, почти тропической растительности. Купы огромных папоротников, стрелы бамбука, изящные стволы пальм, тысячи деревьев, склоняющих свои кроны в пропасть и украшенных мхом, ярко-розовые бегонии, золотые орхидеи, сверкающие бромелии и лианы с трубчатыми цветами — все это в сочетании с оглушительным ревом воды, слышным даже на далеком расстоянии, производит не передаваемое словами впечатление».

В описании Шода нет преувеличения. Ширина этого водопада—четыре километра, и он несколько выше Ниагарского. Игуасу достигает почти такой же высоты, как основная часть водопада Виктория в Африке, но только последний гораздо шире. Водопад распадается на множество каскадов, разделенных скалистыми островками, которые покрыты густым лесом. Пышность растительности, включающей кедр (Cedrella tissitis), араукарии и лапачос (Тесота ipe и Т. ocbracea), гармонично сочетается с красотой рокочущих вод. Объем воды, падающей в узкие ущелья, меняется в зависимости от времен года, но редко бывает меньше I860 кубических метров в секунду, достигая максимума 13500 кубических метров в секунду. Фауна здесь очень богата, но еще плохо изучена. Млекопитающие представлены тремя формами оленей, двумя—пекари, тапиром, ягуаром и оцелотом, если говорить только о крупных животных. Птиц здесь несметное количество, начиная со скромных тинаму и кончая великолепными попугаями.

Как Аргентина, так и Бразилия осознали ценность этого грандиозного зрелища и создали национальные парки вблизи водопада, чтобы сохранить эту живописную местность в неприкосновенности.

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ВОДЯНЫЕ РАСТЕНИЯ

В умеренных зонах на быстринах и водопадах очень мало растений. Как на самых маленьких водопадах, так и на Ниагарском скалы, на которые все время обрушиваются каскады воды, почти лишены растительности, если не считать прикрепившихся к камням водорослей или насыщенных влагой мхов.

Совсем иная картина в тропиках, где очень многие виды семейства Podostemonaceae приспособились к этой среде. Первоначально они были обнаружены в водопадах французской Гвианы, а позднее и в главных водотоках Америки. Большая их часть приурочена к зонам жаркого климата, но некоторые виды распространены вплоть до США. Растения эти были обнаружены также в Африке и Азии. Но самое подходящее место для их изучения— водопад Игуасу.

Незнакомый с ними человек примет их, вероятно, за водяные лишайники, странные мхи или даже водоросли. Между тем у них есть цветы с тычинками и пестиками, как и у других размножающихся семенами растений. Каждый вид оказывает предпочтение определенным условиям: один ютится в окружении водяной пыли, другой прижимается к краям водопада, третий поселяется на самом пути потока. Все они намертво прикрепились к камням, образуя их неотъемлемую часть. У многих есть пластинки или присоски, на концах которых поднимаются стебли или плоские листья, снабженные перистыми нитями. Другие раскрываются воронками или веерами. Все они очень малы, их размеры не превышают ста миллиметров. У этих растений классические варианты корней, стеблей и листьев заменены напоминающими водоросли образованиями, приспособленными к водной среде. Но не считая этой особенности, они выполняют обычные функции, ассимилируя двуокись углерода из воды для синтеза органического вещества. Живя на глубине 0,3—0,6 метра от поверхности воды, они получают немного света. Более того, в теплых тропических водах содержится меньше растворенного газа, чем в водах более северных широт, но в какой-то степени это компенсируется быстрой сменой воды.

Однако остается еще одна главная проблема— размножение. Некоторые северные водяные растения в определенное время года поднимаются над поверхностью воды, раскрывая свои цветки при солнечном свете. Однако Podostemonaceae, видимо, слишком малы для этого, да и уровень воды неустойчив из-за пены. Им приходится поэтому ждать, пока уровень воды понизится, и в это время они выбрасывают цветущую ветку, на которой находятся органы размножения. Но в отличие от водорослей эти растения умирают, если находятся над поверхностью более одного-двух дней. Поэтому природа наделила их исключительно коротким периодом цветения. Как только отступающая вода обнажает скальные породы, цветы раскрываются, рассыпая легкую пыльцу, которая оплодотворяет раскрывающиеся пестики. Через несколько дней плод созревает и падает на сухую скалу, к которой он прикрепляется. Как только вода прибывает, плод начинает прорастать и появляется новое растение, которое живет один сезон. У некоторых видов период размножения настолько сокращается, что семена прорастают, находясь еще на материнском растении, которое становится таким образом живородящим.

НАСЛЕДСТВО ПОД УГРОЗОЙ

Напомним, что амазонский лес покрывал когда-то более половины территории Бразилии, а другие лесные массивы занимают или некогда занимали всю влажную часть восточной прибрежной области. Вместе взятые, все эти леса составляют несметное богатство страны. И тем не менее вполне оправдана глубокая тревога за будущее части лесных ресурсов.

При сравнении с большими лесами Африки амазонский лес выглядит как почти не эксплуатируемая территория. В 1956 году Бразилия вывезла 45 000 кубометров необработанной древесины, тогда как леса Западной Африки и Конго дали на экспорт 2490 тысяч кубометров. Однако африканские леса при современных темпах разработок долго не просуществуют, поэтому перспектива чрезвычайно усиленной эксплуатации амазонских массивов представляется не столь отдаленной. Необычайно разветвленная речная система Амазонского бассейна открывает легкий доступ к его дремлющим богатствам.

Совсем иначе обстоит дело на востоке Бразилии, где тропический лес вырубался в огромных масштабах. Несмотря на отдельные меры, принятые в 1779 году для защиты лесов, окаймляющих водотоки, и некоторых других зон, они почти исчезли, а то, что от них осталось, обречено на уничтожение. Во многих местах остался только фасад леса, за которым прячутся разрушенные эрозией земли. История сведения лесов—это одновременно и история развития тропического земледелия: расширения площадей под плантациями кофейного и какаового дерева, а также сахарного тростника. Земледелие, иногда еще очень примитивное, приводит к хищнической эксплуатации почв до полного их истощения, а затем захватывает новые земли под лесом. На сахар и кофе падает основная вина за уничтожение огромных лесных массивов. Переработка сахарного тростника требует много топливной древесины, а «кофейный фронт», стремительно продвигаясь на запад, оставляет за собой хозяйства, находящиеся почти на потребительском уровне.

К несчастью, как отметил французский ботаник и лесовод Андре Обревилль, эксплуатация лесов в Бразилии не сопровождается лесовосстановлением. Самое наглядное подтверждение этого—араукариевые леса, когда-то самые богатейшие в стране. Только в одном штате Парана площадь под этими лесами сократилась с почти 7,6 миллиона гектаров в 1933 году до менее 2800 тысяч гектаров в 1953 году. При таких темпах рубки apayкариевые леса истощатся за тридцать-сорок лет. Большая часть обезлесенной площади зарастает вторичным лесом или верещатником и не приносящим никакой пользы кустарником. Не менее трагический пример дает нам и ведение лесного хозяйства.

Единственной мерой предотвращения обезлесения, применявшейся в восточной Бразилии, были массовые посадки эвкалиптов в количестве двух миллиардов экземпляров. Более половины этих деревьев приходится на один только штат Сан-Паулу. Искусственное восстановление леса является разумной экономической мерой и частично предотвращает эрозию почв. Но эвкалиптовые насаждения не могут идти ни в какое сравнение с богатейшими естественными лесами и не представляют интереса для естествоиспытателя. Фауна, связанная с первичным растительным покровом, в сущности, уже исчезла.

С учетом того, что произошло в восточной Бразилии, будущее амазонского леса внушает сильнейшую тревогу. Дополнительную угрозу его существовании представляют такие дороги, как шоссе, которое соединяет столицу Бразилия с Беленом, или трассы, которые откроют доступ в бассейн Амазонки. Они сделают доступными для эксплуатации те девственные земли, через которые они проложены или будут проложены.

Амазонский лес является одним из крупнейших природных районов земного шара, оставшихся еще в девственном состоянии, и величайшим благодеянием природы, которое можно использовать для удовлетворении всевозрастающих потребностей в возобновимых ресурсах. Рациональное ведение лесного хозяйства будет способствовать сохранению этого капитала, позволяя одновременно извлекать из него доходы в разумных пределах. От человека зависит сделать выбор между таким рациональным использованием и чрезмерной эксплуатацией, сопровождающейся неминуемым истреблением лесов.

НАЧАЛО: Предисловие. Центральная Америка, Карибский бассейн.

ПРОДОЛЖЕНИЕ: От Боливии до Уругвая...